Сериал Больница Питт
18+
8.7
8.9
Режисер:
Дэмиэн Маркано
Страна:
США
Дата выхода:
2025
Жанр:
драма
В ролях:
Ноа Уайли, Патрик Болл, Кэтрин ЛаНаса, Суприя Ганеш
Описание сериала
Премьера «Больницы Питт» состоялась 9 января 2025 года на платформе Max. Проект придумал Р. Скотт Джеммилл, сценарист и продюсер с многолетним опытом в жанре медицинской драмы. К нему присоединился Джон Уэллс в роли исполнительного продюсера, а Ноа Уайли возглавил актёров. Трое уже работали вместе над «Скорой помощью», одним из самых долгих медицинских сериалов в истории американского телевидения.
Имя Ноа Уайли собрало внимание к кастингу: после «Скорой помощи» он снова появился в медицинской драме, и для аудитории это стало главным поводом присмотреться к проекту. Он не ограничивается главной ролью. Уайли вошёл в число исполнительных продюсеров и поставил часть эпизодов. Партнёры по площадке играют так же сдержанно и без театральности: заметнее то, что происходит с человеком, чем жест или интонация на публику.
Съёмки первого сезона прошли в Бёрбанке, на студии Warner Bros., в звуковых павильонах 21 и 22. За десять недель там собрали отделение неотложной помощи площадью около 1 900 квадратных метров. Стройка обошлась более чем в 4 миллиона долларов. Декорация рабочая: ящики заполнены настоящим медицинским оборудованием, стены не разбираются, студийный свет убран из кадра. Площадку готовили так, чтобы приём выглядел действующим, а не собранным для камеры. Городские кадры снимали в Питтсбурге, в том числе у здания Allegheny General Hospital. Эта больница стала образцом для вымышленного медцентра сериала.
Сезон построен как одна смена длиной 15 часов. Пятнадцать эпизодов делят этот день поровну: серия равна одному часу. У каждого часа свои пациенты и свой исход, но день при этом не дробится. Между выпусками нет перехода к следующему утру, персонал не покидает отделение, а следующий случай приходит, пока предыдущий ещё не закрыт. К концу смены усталость и нерешённые случаи никуда не деваются: они переходят в следующий час вместе с теми же людьми. Зритель остаётся в том же травматологическом центре Питтсбурга, где поток пациентов идёт без паузы.
Сериал одновременно ведёт несколько линий. Медицинские случаи идут один за другим. Параллельно раскрываются личные истории врачей и медсестёр. Вместе с этим на персонал действует устройство здравоохранения: людям не хватает коек, оборудования и минут. Создатели ушли от образа идеального врача, который всех вытаскивает. Здесь уставшие специалисты принимают трудные решения при дефиците ресурсов и времени. Острота растёт из того, как на самом деле выглядит работа внутри отделения, а не из поворотов, вставленных ради неожиданности.
Через больничный день сериал поднимает тему выгорания после пандемии, цену выбора, который делают за другого человека, и то, как учреждение меняет дежурных. В 2025 году эти вопросы стоят особенно остро. Что происходит с людьми, которые годами отдают силы чужим жизням. И в какой момент долг перед пациентами доходит до черты, после которой человек больше не тянет смену.
Майкла Робинавича в отделении зовут Робби. Ноа Уайли играет старшего дежурного врача экстренной помощи: человека с большим стажем, на котором держится распорядок, пока людям, местам и минутам всё время чего-то недостаёт. Роль собрана из долгих остановок, заметной вымотанности и упрямства, спрятанного от коллег. Робби помнит слишком много случаев, но в неурочный час оставляет эти воспоминания невысказанными. Так он ведёт час за часом и не рассказывает коллегам о том, что уже пережил.
Дану Эванс играет Кэтрин ЛаНаса. Она заведует больницей как администратор. Её забота обращена к учреждению, а не к тем, кто ждёт приёма. Разногласия с врачами и сёстрами проходят через весь сезон. Конфликт администрации и смены остаётся заметным на протяжении всех пятнадцати часов. Актриса показывает Дану понятной, без маски врага: та считает отчёты и регламент обязательнее отдельной судьбы больного. За Дану ЛаНаса получила «Эмми».
Ординатор Самира Мохан в исполнении Суприи Ганеш работает эту смену под началом Робби. Она входит в отделение с представлениями, вынесенными из учёбы, и от часа к часу обнаруживает, что в приёмном покое им мало места. Характер не выдают одной репликой: его собирают поступки, и к поздним сериям они всё жёстче. От серии к серии ей достаётся всё меньше удобных решений.
В том же составе Фиона Дуриф, Патрик Болл, Иза Брионес и Трэйси Ифеачор. Гостевую роль, отмеченную «Эмми», сыграл Шон Хатоси. Широкой публике Уайли знаком давно: по «Скорой помощи» и по сериалу «Библиотекарь».
Сезон придумал и вёл как шоураннер Р. Скотт Джеммилл, а Джон Уэллс был исполнительным продюсером. Первый сезон на Max состоит из пятнадцати серий, каждая около часа. Семь серий поставил Дэмиан Маркано, пять Аманда Марсалис. Среди режиссёров также Джон Кэмерон и Ута Бризевиц.
Формат первого сезона привязан к часам, а не к отдельным историям болезни. Смена длится пятнадцать часов подряд в экстренной помощи Питтсбурга, и каждый выпуск забирает ровно шестьдесят минут, не выходя за этот предел. На стыке серий тревога не обнуляется: зритель остаётся внутри того же дня. По жанру это медицинская драма, где портрет психики стоит рядом с критикой того, как устроена помощь людям. Надрыва ради слёз и детективной разгадки здесь нет.
Первый сезон принёс тринадцать номинаций на «Эмми» и пять побед на 77-й церемонии, в том числе за лучшую драматическую серию. Уайли получил премию за главную мужскую роль в драме, ЛаНаса за женскую роль второго плана. Критики на Rotten Tomatoes оценили сезон в 97%. Зрительские цифры: 8,9 из 10 на IMDb и 8,6 на Кинопоиске. Профессиональное медицинское сообщество обсуждало сериал так же активно, как зрительские площадки. Зрители выделяют правдоподобие рабочих будней и точность чувств у героев. Второй сезон утвердили ещё до того, как первый дошёл до конца.
Доктор Фрэнк Лэнгдон в исполнении Патрика Болла ещё не стоит на той твёрдости, которую ждут от готового врача. Он резидент, и уверенность у него нарастает там, где он уже промахнулся: после ошибки, после резкого разговора с тем, кто старше по стажу. Рядом с Робби эта линия становится одной из опор сезона. Старший отдаёт младшему ремесло, но передача не бывает бесплатной: оба платят за неё нервами, спором и тем, что остаётся после смены.
Кэсси МакКей, которую играет Фиона Дуриф, на бумаге сильный клиницист. На смене личное прошлое то и дело перехватывает её решения: профессиональный навык и биография тянут в разные стороны. Дуриф не раздаёт героине приговоров и не подсказывает, с какой стороны на неё смотреть. У фигуры появляется толщина, которую короткая характеристика не удерживает.
Ансамбль в целом и делает сериал похожим на смену, снятую с натуры, а не на выдумку в белых халатах. У каждого своя арифметика, свой потолок и свой способ дотянуть часы, которые повторяются снова и снова. Зрителя убеждают не манипуляции на экране, а люди, чьими руками эти манипуляции совершаются.
Рядом с людьми сериал говорит о машине, которая их собирает. «Больница Питт» держит оба разговора разом: вот конкретные лица в конкретную смену, и вот учреждение, которое сначала учит держать темп, а потом забирает запас сил. Из-за этого шоу не укладывается в процедурную полку, где важны только диагноз и срочное вмешательство.
Картинка и звук тащат этот рассказ наравне с репликами. Их собирали с позиции человека, у которого нет выхода в холл: середина двенадцати часов в травматологии, без открытки с фасадом и без кадра, который хочется разглядывать.
Музыка не хватает зрителя за рукав. Она не ставит готовую реакцию на место сцены и не раздувает эпизод. Паузы, писк аппаратуры, обрывки разговоров персонала, скрип колёс каталки делают ту работу, которую обычно отдают смычкам. Для медицинского сериала такой отказ непривычен, и за счёт непривычности он держит: кажется, что отделение звучит само, без диктора за кадром.
Павильон закрытый: стены не разбирались, свет сверху из студийного арсенала не ставили. Камера не занимает пост напротив события, она шагает вплотную, как напарник, который не отстаёт. Коридор от этого уже, чем есть, а движение почти не садится на паузу. Белый и серый держат температуру недосыпа: кадр не согревается ни одним тёплым пятном.
Когда теснота, шагающая камера и глухой фон сходятся, просмотр перестаёт быть экскурсией. К концу серии хочется выйти на воздух: будто вот-вот позовут к следующей каталке и тебя. История проходит не за стеклом, а в том же графике, что и у героев.
Поэтому стиль сериала не витрина удачных кадров. Это отказ врать изображением о том, о чём говорит история. Если предмет - будни отделения без парадного входа, то и свет, и звук, и дистанция камеры обязаны стоять внутри этих будней, а не украшать их снаружи.
Пандемия COVID-19 оставила здравоохранению след, который не стёрся после отмены карантинов. Создатели «Больницы Питт» взяли это наблюдение за основу и отказались рассказывать о нём цифрами или репортажами. Им нужны были конкретные люди и один конкретный рабочий день. Формат реального времени вырос прямо из этой задачи: час сменяет час, и у героев нет окна, чтобы отступить в сторону, а у зрителя нет склейки, которая вынесла бы его из отделения.
На подготовке авторы долго работали с консультантами из медицины, врачами и медсёстрами экстренных отделений. Это читается в мелочах: в протоколах лечения и в том, какими словами сотрудники перебрасываются, когда нагрузка уже критическая. Эффектные редкие случаи убрали нарочно. Авторы держались обычной смены, потому что тяжесть здесь копится в повторяющемся потоке обычных случаев.
Ответственность вшита в сам ход серии. Смена дробится на часовые отрезки, и в каждом из них приходится решать заново: служебный распорядок не отменяет необходимость выбирать самому. Герои раз за разом определяют, кого принять раньше других, как произнести плохую новость и получится ли не отстраниться от пациента, если людей, мест и минут уже не хватает. Профессиональная задача и запас человеческих сил сходятся в одной и той же минуте.
Власть и контроль показаны через спор медицинского персонала с администрацией. Обе стороны остаются внутри собственной правоты, без роли вредителя и без роли спасителя. В одном здании уживаются два разных представления о том, что считать правильным. Сериал оставляет в силе оба расчёта: у сотрудников своя последовательность, у управления своя, и напряжение держится на том, что каждый из них выглядит обоснованным.
Почти через всех персонажей проходит медленная перемена. Они подлаживаются под смену, которая выматывает сильнее, чем человек рассчитан выдерживать, и со временем всё хуже проводят границу между тем, чего требует отделение, и тем, что уже ломает их самих. Сериал не выносит им приговор и не снимает с них ответственность. Он прослеживает, из каких повторяющихся уступок складывается эта перемена.
В целом «Больница Питт» смотрит на то, что происходит с людьми, если рабочий день снова и снова забирает больше, чем человек способен восстановить. Оттого разговор годится и для профессий вне больницы: так устроена любая среда, где усталость уже приняли за штатный график.
За сериалом стоят люди, которые уже меняли этот жанр. Шоураннер Р. Скотт Джеммилл, исполнительный продюсер Джон Уэллс и актёр Ноа Уайли вместе работали над «Скорой помощью», сериалом на пятнадцать сезонов, по которому медицинская драма долго сверяла собственные правила. Новый проект для них не способ вернуть прежнюю известность. Это попытка ответить на вопросы, которые стали насущными только теперь.
Кастинг выстроили вокруг Ноа Уайли. Помимо роли актёра он стал исполнительным продюсером и режиссёром, и уже на отборе это участие определило характер ансамбля. Партнёров искали так, чтобы сцена держалась на группе целиком. Кэтрин ЛаНаса, Суприя Ганеш, Фиона Дуриф, Патрик Болл и другие актёры состава подтверждают такой расчёт прямо в кадре.
Декорация стоила больше четырёх миллионов долларов. Под неё на студии Warner Bros. в Бёрбанке целиком отдали два зала, двадцать первый и двадцать второй. Ящики заполнили настоящей врачебной техникой, стены оставили глухими, а лампы павильона убрали: пространство задумано как полный круг, все триста шестьдесят градусов, без привычного студийного света. Совсем рядом Уайли около тридцати лет назад играл в «Скорой помощи».
Пять наград «Эмми», и среди них приз за «Лучшую драматическую серию», плюс 97 процентов оценок критиков на Rotten Tomatoes, подтвердили, что идея первого сезона и её воплощение совпали почти буквально. «Больница Питт» выросла из одного точного вопроса. Форма, которой на него ответили, редкая: устройство истории и то, о чём она говорит, смотрят в одну сторону.
Имя Ноа Уайли собрало внимание к кастингу: после «Скорой помощи» он снова появился в медицинской драме, и для аудитории это стало главным поводом присмотреться к проекту. Он не ограничивается главной ролью. Уайли вошёл в число исполнительных продюсеров и поставил часть эпизодов. Партнёры по площадке играют так же сдержанно и без театральности: заметнее то, что происходит с человеком, чем жест или интонация на публику.
Съёмки первого сезона прошли в Бёрбанке, на студии Warner Bros., в звуковых павильонах 21 и 22. За десять недель там собрали отделение неотложной помощи площадью около 1 900 квадратных метров. Стройка обошлась более чем в 4 миллиона долларов. Декорация рабочая: ящики заполнены настоящим медицинским оборудованием, стены не разбираются, студийный свет убран из кадра. Площадку готовили так, чтобы приём выглядел действующим, а не собранным для камеры. Городские кадры снимали в Питтсбурге, в том числе у здания Allegheny General Hospital. Эта больница стала образцом для вымышленного медцентра сериала.
Сезон построен как одна смена длиной 15 часов. Пятнадцать эпизодов делят этот день поровну: серия равна одному часу. У каждого часа свои пациенты и свой исход, но день при этом не дробится. Между выпусками нет перехода к следующему утру, персонал не покидает отделение, а следующий случай приходит, пока предыдущий ещё не закрыт. К концу смены усталость и нерешённые случаи никуда не деваются: они переходят в следующий час вместе с теми же людьми. Зритель остаётся в том же травматологическом центре Питтсбурга, где поток пациентов идёт без паузы.
Сериал одновременно ведёт несколько линий. Медицинские случаи идут один за другим. Параллельно раскрываются личные истории врачей и медсестёр. Вместе с этим на персонал действует устройство здравоохранения: людям не хватает коек, оборудования и минут. Создатели ушли от образа идеального врача, который всех вытаскивает. Здесь уставшие специалисты принимают трудные решения при дефиците ресурсов и времени. Острота растёт из того, как на самом деле выглядит работа внутри отделения, а не из поворотов, вставленных ради неожиданности.
Через больничный день сериал поднимает тему выгорания после пандемии, цену выбора, который делают за другого человека, и то, как учреждение меняет дежурных. В 2025 году эти вопросы стоят особенно остро. Что происходит с людьми, которые годами отдают силы чужим жизням. И в какой момент долг перед пациентами доходит до черты, после которой человек больше не тянет смену.
Майкла Робинавича в отделении зовут Робби. Ноа Уайли играет старшего дежурного врача экстренной помощи: человека с большим стажем, на котором держится распорядок, пока людям, местам и минутам всё время чего-то недостаёт. Роль собрана из долгих остановок, заметной вымотанности и упрямства, спрятанного от коллег. Робби помнит слишком много случаев, но в неурочный час оставляет эти воспоминания невысказанными. Так он ведёт час за часом и не рассказывает коллегам о том, что уже пережил.
Дану Эванс играет Кэтрин ЛаНаса. Она заведует больницей как администратор. Её забота обращена к учреждению, а не к тем, кто ждёт приёма. Разногласия с врачами и сёстрами проходят через весь сезон. Конфликт администрации и смены остаётся заметным на протяжении всех пятнадцати часов. Актриса показывает Дану понятной, без маски врага: та считает отчёты и регламент обязательнее отдельной судьбы больного. За Дану ЛаНаса получила «Эмми».
Ординатор Самира Мохан в исполнении Суприи Ганеш работает эту смену под началом Робби. Она входит в отделение с представлениями, вынесенными из учёбы, и от часа к часу обнаруживает, что в приёмном покое им мало места. Характер не выдают одной репликой: его собирают поступки, и к поздним сериям они всё жёстче. От серии к серии ей достаётся всё меньше удобных решений.
В том же составе Фиона Дуриф, Патрик Болл, Иза Брионес и Трэйси Ифеачор. Гостевую роль, отмеченную «Эмми», сыграл Шон Хатоси. Широкой публике Уайли знаком давно: по «Скорой помощи» и по сериалу «Библиотекарь».
Сезон придумал и вёл как шоураннер Р. Скотт Джеммилл, а Джон Уэллс был исполнительным продюсером. Первый сезон на Max состоит из пятнадцати серий, каждая около часа. Семь серий поставил Дэмиан Маркано, пять Аманда Марсалис. Среди режиссёров также Джон Кэмерон и Ута Бризевиц.
Формат первого сезона привязан к часам, а не к отдельным историям болезни. Смена длится пятнадцать часов подряд в экстренной помощи Питтсбурга, и каждый выпуск забирает ровно шестьдесят минут, не выходя за этот предел. На стыке серий тревога не обнуляется: зритель остаётся внутри того же дня. По жанру это медицинская драма, где портрет психики стоит рядом с критикой того, как устроена помощь людям. Надрыва ради слёз и детективной разгадки здесь нет.
Первый сезон принёс тринадцать номинаций на «Эмми» и пять побед на 77-й церемонии, в том числе за лучшую драматическую серию. Уайли получил премию за главную мужскую роль в драме, ЛаНаса за женскую роль второго плана. Критики на Rotten Tomatoes оценили сезон в 97%. Зрительские цифры: 8,9 из 10 на IMDb и 8,6 на Кинопоиске. Профессиональное медицинское сообщество обсуждало сериал так же активно, как зрительские площадки. Зрители выделяют правдоподобие рабочих будней и точность чувств у героев. Второй сезон утвердили ещё до того, как первый дошёл до конца.
Доктор Фрэнк Лэнгдон в исполнении Патрика Болла ещё не стоит на той твёрдости, которую ждут от готового врача. Он резидент, и уверенность у него нарастает там, где он уже промахнулся: после ошибки, после резкого разговора с тем, кто старше по стажу. Рядом с Робби эта линия становится одной из опор сезона. Старший отдаёт младшему ремесло, но передача не бывает бесплатной: оба платят за неё нервами, спором и тем, что остаётся после смены.
Кэсси МакКей, которую играет Фиона Дуриф, на бумаге сильный клиницист. На смене личное прошлое то и дело перехватывает её решения: профессиональный навык и биография тянут в разные стороны. Дуриф не раздаёт героине приговоров и не подсказывает, с какой стороны на неё смотреть. У фигуры появляется толщина, которую короткая характеристика не удерживает.
Ансамбль в целом и делает сериал похожим на смену, снятую с натуры, а не на выдумку в белых халатах. У каждого своя арифметика, свой потолок и свой способ дотянуть часы, которые повторяются снова и снова. Зрителя убеждают не манипуляции на экране, а люди, чьими руками эти манипуляции совершаются.
Рядом с людьми сериал говорит о машине, которая их собирает. «Больница Питт» держит оба разговора разом: вот конкретные лица в конкретную смену, и вот учреждение, которое сначала учит держать темп, а потом забирает запас сил. Из-за этого шоу не укладывается в процедурную полку, где важны только диагноз и срочное вмешательство.
Картинка и звук тащат этот рассказ наравне с репликами. Их собирали с позиции человека, у которого нет выхода в холл: середина двенадцати часов в травматологии, без открытки с фасадом и без кадра, который хочется разглядывать.
Музыка не хватает зрителя за рукав. Она не ставит готовую реакцию на место сцены и не раздувает эпизод. Паузы, писк аппаратуры, обрывки разговоров персонала, скрип колёс каталки делают ту работу, которую обычно отдают смычкам. Для медицинского сериала такой отказ непривычен, и за счёт непривычности он держит: кажется, что отделение звучит само, без диктора за кадром.
Павильон закрытый: стены не разбирались, свет сверху из студийного арсенала не ставили. Камера не занимает пост напротив события, она шагает вплотную, как напарник, который не отстаёт. Коридор от этого уже, чем есть, а движение почти не садится на паузу. Белый и серый держат температуру недосыпа: кадр не согревается ни одним тёплым пятном.
Когда теснота, шагающая камера и глухой фон сходятся, просмотр перестаёт быть экскурсией. К концу серии хочется выйти на воздух: будто вот-вот позовут к следующей каталке и тебя. История проходит не за стеклом, а в том же графике, что и у героев.
Поэтому стиль сериала не витрина удачных кадров. Это отказ врать изображением о том, о чём говорит история. Если предмет - будни отделения без парадного входа, то и свет, и звук, и дистанция камеры обязаны стоять внутри этих будней, а не украшать их снаружи.
Пандемия COVID-19 оставила здравоохранению след, который не стёрся после отмены карантинов. Создатели «Больницы Питт» взяли это наблюдение за основу и отказались рассказывать о нём цифрами или репортажами. Им нужны были конкретные люди и один конкретный рабочий день. Формат реального времени вырос прямо из этой задачи: час сменяет час, и у героев нет окна, чтобы отступить в сторону, а у зрителя нет склейки, которая вынесла бы его из отделения.
На подготовке авторы долго работали с консультантами из медицины, врачами и медсёстрами экстренных отделений. Это читается в мелочах: в протоколах лечения и в том, какими словами сотрудники перебрасываются, когда нагрузка уже критическая. Эффектные редкие случаи убрали нарочно. Авторы держались обычной смены, потому что тяжесть здесь копится в повторяющемся потоке обычных случаев.
Ответственность вшита в сам ход серии. Смена дробится на часовые отрезки, и в каждом из них приходится решать заново: служебный распорядок не отменяет необходимость выбирать самому. Герои раз за разом определяют, кого принять раньше других, как произнести плохую новость и получится ли не отстраниться от пациента, если людей, мест и минут уже не хватает. Профессиональная задача и запас человеческих сил сходятся в одной и той же минуте.
Власть и контроль показаны через спор медицинского персонала с администрацией. Обе стороны остаются внутри собственной правоты, без роли вредителя и без роли спасителя. В одном здании уживаются два разных представления о том, что считать правильным. Сериал оставляет в силе оба расчёта: у сотрудников своя последовательность, у управления своя, и напряжение держится на том, что каждый из них выглядит обоснованным.
Почти через всех персонажей проходит медленная перемена. Они подлаживаются под смену, которая выматывает сильнее, чем человек рассчитан выдерживать, и со временем всё хуже проводят границу между тем, чего требует отделение, и тем, что уже ломает их самих. Сериал не выносит им приговор и не снимает с них ответственность. Он прослеживает, из каких повторяющихся уступок складывается эта перемена.
В целом «Больница Питт» смотрит на то, что происходит с людьми, если рабочий день снова и снова забирает больше, чем человек способен восстановить. Оттого разговор годится и для профессий вне больницы: так устроена любая среда, где усталость уже приняли за штатный график.
За сериалом стоят люди, которые уже меняли этот жанр. Шоураннер Р. Скотт Джеммилл, исполнительный продюсер Джон Уэллс и актёр Ноа Уайли вместе работали над «Скорой помощью», сериалом на пятнадцать сезонов, по которому медицинская драма долго сверяла собственные правила. Новый проект для них не способ вернуть прежнюю известность. Это попытка ответить на вопросы, которые стали насущными только теперь.
Кастинг выстроили вокруг Ноа Уайли. Помимо роли актёра он стал исполнительным продюсером и режиссёром, и уже на отборе это участие определило характер ансамбля. Партнёров искали так, чтобы сцена держалась на группе целиком. Кэтрин ЛаНаса, Суприя Ганеш, Фиона Дуриф, Патрик Болл и другие актёры состава подтверждают такой расчёт прямо в кадре.
Декорация стоила больше четырёх миллионов долларов. Под неё на студии Warner Bros. в Бёрбанке целиком отдали два зала, двадцать первый и двадцать второй. Ящики заполнили настоящей врачебной техникой, стены оставили глухими, а лампы павильона убрали: пространство задумано как полный круг, все триста шестьдесят градусов, без привычного студийного света. Совсем рядом Уайли около тридцати лет назад играл в «Скорой помощи».
Пять наград «Эмми», и среди них приз за «Лучшую драматическую серию», плюс 97 процентов оценок критиков на Rotten Tomatoes, подтвердили, что идея первого сезона и её воплощение совпали почти буквально. «Больница Питт» выросла из одного точного вопроса. Форма, которой на него ответили, редкая: устройство истории и то, о чём она говорит, смотрят в одну сторону.
Кадры из сериала
Дата выхода сезонов и серий
[soon_ajax]{soon_ajax}[/soon_ajax] [soon_tv]{soon_tv}
[/soon_tv] [not_soon_tv]Нет информации[/not_soon_tv] 
