Актёрский состав заранее решил, каким получится сериал. Джонас Армстронг дал Робину спокойную, закрытую манеру: тот почти не произносит речей о честности и предпочитает вмешаться делом. Ричард Армитаж сделал Гая Гисборна фигурой, о которой британское телевидение середины 2000-х спорило долго. Этот противник резок, однако за резкостью видна личная беда, и свести его к плоскому отрицательному персонажу не выходит. Кит Аллен повёл шерифа через насмешку и нарочитое преувеличение. Расчёт оправдался не сразу очевидным образом: опасность шерифа в том, что чужая гибель для него обыденна.

Картину снимали в Венгрии и в Великобритании. Среди площадок были Крепость Будапешт, венгерские леса и старые английские места. В первом и втором сезонах кадр остаётся светлым, с жёлтым оттенком, и жизнь в лесу выглядит бодрой, без тяжёлой торжественности. К третьему сезону и краски, и тон истории уходят в темноту. Это видно сразу. Оператор реже оставляет кадр неподвижным. Погони и драки режут на короткие куски, следя за тем, как тело проходит через чащу и как стволы задают героям узкие проходы. Камера при этом оставляет лесу простор и не превращает чащу в ровный фон.

Эпизоды сменяют друг друга без долгой раскачки. Отряд гоняют по Шервуду, он ищет слабые места у продажных правителей, вступает во временные договоры и натыкается на измену. Смешные реплики стоят рядом с эпизодами, где промах заканчивается чьей-то гибелью. Вокруг Робина собираются Малыш Джон, Аллан-а-Дейл, Вилл Скарлетт и Мач. Прошлое у каждого своё, и сериал тратит время на эти биографии: люди в лесу существуют отдельно от общей затеи, а их взаимная привязанность держит сюжет. Прежняя жизнь каждого меняет то, как он держится в лесу.

В 2006 году BBC предложила новую трактовку старой легенды. Получилось быстрое приключение: шутки злые и короткие, ход событий плотный, а ощущение времени ближе к нынешнему зрителю, чем к медленной исторической постановке в богатых нарядах. Место действия - Англия XII века. Молодой граф Робин из Локсли возвращается после пяти лет крестового похода и видит родные владения разорёнными. Над ними стоит жестокий шериф Ноттингема. Сериал можно смотреть семьёй, но политическая линия в нём настоящая: за каждый выбор приходят последствия, и правоту показывают делом.

Под этой фабулой лежит другой слой. Робин привёз с войны вопросы, на которые окружение отвечать не хочет. Пока король сражается вдали, дома людям нечего есть: остаётся ли тогда обязанность перед короной? Суд и приказ берегут жителей или тех, кто отдаёт приказы? Герой не формулирует это вслух. Те же развилки видны в каждой стычке и в каждой беседе. Сохранить внутренний предел там, где власть его не ждёт, и есть скрытый предмет сериала.

Воскресный прайм-тайм BBC One после успеха «Доктора Кто» нуждался в новом семейном сериале. Канал хотел приключения на материале старой легенды, рассказанные без старинной манеры. Доминик Минегелла и Фоз Аллан сделали «Робин Гуда» под этот запрос. Премьера, показанная 7 октября 2006 года, собрала больше восьми миллионов зрителей. Среди открытий сезона такой дебют оказался в числе самых сильных: пилоту подобная цифра достаётся нечасто.

Производство вели Tiger Aspect Productions и BBC Studios, к бюджету подключилась BBC America. На BBC One показ шёл с 2006 по 2009 год: три сезона по 13 серий, всего 39. Музыку написал Энди Прайс: оркестровая основа, сквозь которую проходят кельтские обороты и восточные интонации.

Первыми из актёров запомнились Джонас Армстронг и Ричард Армитаж. После этого сериала Армитаж снялся в «Хоббите» Питера Джексона и в «Ночном менеджере». Люси Гриффитс играла Мэриан в первом и втором сезонах, и для поклонников именно эта Мэриан осталась главной.

Армстронг играет Робина из Локсли, молодого графа. Тот возвращается из крестового похода и находит дом в упадке: владения заброшены, жители запуганы. От парадной героики актёр отказался нарочно. Война оставила в нём усталость, чужая беда ощущается как личный счёт, а уверенности героя плаката у него нет. Зрителю легко ему поверить: открой он пафос на полную, доверие к графу, только что с войны, сразу бы треснуло.

Гисборн в исполнении Армитажа: один из самых тщательно выписанных людей в сериале. Он наместник шерифа: пока Робин отсутствует, земли Локсли в его руках. Мэриан он любит. Ради власти он бывает жесток, однако собственные поступки его задевают. Армитаж показывает его телом: плечи всё время собраны, а взгляд он гасит позже, чем ждут. Ещё до того, как показали последнюю серию, Гисборн обзавёлся собственным кругом поклонников и вышел из тени заглавного героя.

Тринадцать серий сезона связаны общим ходом событий, при этом почти каждый выпуск успевает довести отдельный сюжет до точки. Приключение, дворцовые интриги, любовь и мрачные шутки идут вместе, только их доля от года к году другая. Первый сезон оставляет больше воздуха. Третий сгущается: боли больше, а концовка бьёт больнее.

Вокруг сериала почти сразу собралась молодёжь, и этот круг не распался. Главный повод для споров дала пара Робина и Мэриан. Когда эфир закончился, персонажи не растворились. Их дописывают в любительских историях и разбирают в отзывах, которые выходят много лет спустя, уже с теплом узнавания: так возвращаются к тем, к кому успели привязаться.

В 2007 году американская академия фантастики и приключений внесла сериал в номинанты «Сатурна» за лучший зарубежный телесериал. Для британского телевидения эта категория почти закрыта: свои названия там появляются редко. Такой шорт-лист сам по себе говорит: за океаном жанровую работу разглядели.

В «Робин Гуде» камера редко стоит на месте и ждёт, пока актёры доиграют мизансцену. Она идёт следом, срезает угол вместе с бегущими и поворачивает, едва отряд меняет маршрут. Лес снят через просветы листвы и длинные проходы между стволами: людям есть куда отступить, даже когда погоня уже близко. Первые два сезона держат тёплую янтарную краску и плотную зелень. Третий переводит те же поляны в серый, глухой тон, и перемена сезона читается по цвету раньше, чем по сюжету.

Саундтрек Энди Прайса опирается на оркестр. В него вплетены кельтские ходы, а иногда короткие восточные фразы: память о крестовых походах, которые у героев уже позади и на экране почти не пересказываются. Музыкальная линия Робина быстрая, светлая по окраске. Линии Гисборна и шерифа темнее и плотнее, так что конфликт слышен до встречи в кадре. Перед трудным выбором оркестр не подписывает эмоцию ярлыком. Он обрывает движение и оставляет паузу, в которой решение ещё не названо.

Условности легенды сериал сохраняет, но наполняет их встречными мотивами. Мач остаётся рядом с Робином и тогда, когда верность ему вредит. Аллан-а-Дейл отпускает чужую тайну, если так можно выйти сухим. Гисборн сверяет каждый поступок с шансом подняться. Правый и виноватый здесь не закреплены за лагерями насовсем: у людей копятся взаимные претензии, и одна сцена редко ставит в споре последнюю точку.

Малыш Джон в исполнении Гордона Кеннеди крупный, но не ищет драки ради драки. В отряде он чаще осаживает чужой запал. Если замысел Робина вызывает раскол, Джон возвращает людей к общему делу тихим упрямством человека, на которого уже опирались. От этого банда держится не слабее, чем от удачных вылазок главаря, и Джон в этом смысле ведёт людей не громче, чем сам Робин.

Мэриан у Люси Гриффитс сама назначает себе риск. Под ночным обличьем защитника она помогает беднякам и не спрашивает на это разрешения у лесного отряда. Отношения с Робином и с Гисборном идут рядом, одна линия не стирает другую. Её выборы бьют по обеим сторонам, и расплата остаётся на ней. Рядом с пересказами, где героиня лишь дожидается чужой победы, эта Мэриан ведёт собственный счёт поступков.

Шериф Ноттингемский у Кита Аллена главный враг Робина, и играет Аллен его скачками интонации. Насмешка сменяется прямым ударом, удар паузой, пауза новым ходом, которого минуту назад не было. Зрителю не выдают ровный эпизод: едкое слово и сбой ритма приходят в одной связке. Разговор с ним трудно досчитать до конца заранее. Персонаж поэтому живёт не как заслон на дороге героев, а как отдельный центр сцен: у него свой темп и свой расчёт, как развалить чужой план.

Монтаж, камера и музыка держат один темп и для погони, и для разговора. Склейка при этом короткая и частая: сцена не успевает осесть, как уже сменяется следующей. В лесу можно оторваться от преследователей и тут же упереться в порядок, который отряд завёл для себя сам. Сериал до конца не делит удачу и плату за неё по разным полкам.

Доминик Минегелла и Фоз Аллан принесли на BBC схему, в которой мало лишнего: Англия XII века и темп рассказа, понятный нынешнему зрителю. Долгим речам в ней места не нашлось, и сверять каждый жест с хроникой тоже никто не собирался. Пилот не тратит время на раскачку: цели героев, место действия и цена этих целей проясняются почти сразу.

Перед съёмками создатели уточняли у историков быт, одежду и то, как была устроена власть в Англии того столетия. Буквально держаться этих справок они не стали. Реплики с сегодняшней интонацией и ситуации, в которых спор двенадцатого века легко узнать в нынешнем, вошли в сериал по решению авторов. Часть зрителей приняла это за промах. Молодую аудиторию тот же ход, наоборот, удержал у экрана.

Знакомую легенду здесь не разбирали и не подменяли другой историей. В ней оставили мотивы, которые по-прежнему читаются без пояснения, и собрали сериал так, чтобы знакомый сюжет остался цел, а ясность пришла из выверенной постановки.

Погони и схватки идут быстро, но сериал постоянно возвращается к власти: что она делает с человеком, если сохранить её важнее всего остального. Рядом возникает развилка, которая не зависит от года выпуска. Героям снова и снова нужно выбирать между тем, что предписано, и тем, что они считают должным.

За три сезона почти никто не выходит таким, каким вошёл. Война уже изменила Робина к возвращению, и он сам не всегда может назвать, что в нём сдвинулось. Гисборн начинает как слуга, который не спорит с властью, а позже оказывается перед выбором: остаться при своих убеждениях или сохранить жизнь. Аллан, Мач и Вилл стоят дальше от центра, однако и они бросают прежние ответы. Обстоятельства больше не принимают то, чем эти люди обходились раньше.

Шериф правит через страх и делает это так давно, что запугивание для него уже обычный ход дня, а не отдельный приём. Его спор с Робином шире деления на злодея и героя. Один смотрит на жителей как на средство довести свой замысел. Другой исходит из того, что сами эти люди и есть причина действовать.

В Шервуде собирается компания, которую связывают не родственные узы, а решение остаться вместе. Ответственность за своих здесь такая же постоянная тема, как и власть. Доверие внутри группы то проваливается, то восстанавливается: кто-то предаёт, кого-то прощают, и уважение приходится подтверждать поступком. Нравственный шаг всегда адресован конкретным людям и оставляет последствия, которые можно назвать поимённо.

Манера, в которой снят сериал, говорит о том же. Она показывает жизнь в стороне от установленного порядка, когда сам этот порядок устроен нечестно. Поэтому «Робин Гуд» остаётся и зрелищем, и разговором о вопросах, которые не снимаются вместе с костюмами эпохи.

Почти неизвестный тогда широкому зрителю Джонас Армстронг оказался точным выбором на главную роль: ставка на свежее лицо оправдалась. Рядом с ним Ричард Армитаж держал Гисборна на грани притяжения и опасности, а Кит Аллен, привыкший смешить, сделал шерифа страшным как раз за счёт шутки. Отбор актёров шёл от двух идей: химия между героями и эффект неожиданности.

Картину собирали без роскошных затрат. Крепости Будапешта и леса вокруг венгерской столицы дали нужный вид, отдельные натурные кадры досняли в Сарри. Оркестр вживую сыграл партитуру Энди Прайса, и сериал сразу зазвучал крупнее. Ритм, найденный на монтаже первого сезона, дальше почти не отпускали.

Команда не гналась за шедевром. Ей хватало честного, бодрого и точно попадающего в чувство кино. Именно такая ясность задачи вытянула итог.